Светоч уверенности. Краткие последовательные наставления по четырем, основным и непосредственным, пр - Конгтрул Джамгон - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Д. Джамгён Конгтрул I Лодрё Тхае

Нгаванг Йонтен Гьямцо

Светоч уверенности

Краткие последовательные наставления по четырем, основным и непосредственным, предварительным практикам Великой печати

Прокомментировано в соответствии с поучениями Шераба Гьялцена Ринпоче.

***

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

© Перевод на русский язык. Б. Ерохин, 2016.

© ООО «Ориенталия», 2017.

Предисловие редакции

Уважаемые читатели!

Вашему вниманию представляется новый перевод классического труда одного из самых знаменитых философов Тибета. Первый Джамгён Конгтрул Лодрё Тхае (Нгаванг Йонтен Гьямцо, 1813–1899) – ученый и мастер медитации, вдохновитель «тибетского ренессанса», автор более 120 книг, посвященных теоретическим поучениям и практическим наставлениям различных буддийских школ. Джамгён Конгтрул относится к числу держателей традиции Карма Кагью; кроме того, вместе с Джамьянгом Кхьенце Вангпо он основал движение «римэ», в котором ламы традиций Ньингма, Кагью и Сакья объединили усилия ради сохранения сокровищ буддийского знания.

Карма Кагью – линия преемственности тантрических поучений Будды, возглавляемая ламой по имени Гьялва Кармапа. Она образовалась в XII веке в результате разветвления традиции Кагью на «Четыре великие школы»: Пхагдру, Баром, Цалпа и Карма. Позднее Пхагдру разделилась еще на восемь подшкол; Баром сохранилась в виде относительно небольшой школы; Цалпа влилась в другие родственные традиции. А иерархи Карма Кагью создали уникальный способ сохранять свою передачу неделимой и непрерывной. Первый Кармапа Дюсум Кхьенпа ввел традицию сознательных перерождений – «тулку», – которой прежде никто не знал. Незадолго до смерти он сообщил своим преемникам, что собирается снова прийти в обусловленный мир в том же качестве, и указал, где и когда они должны будут искать его новое воплощение. Его ближайший ученик Дрогён Речен не дожил до этого срока, и Второго Кармапу нашел и признал уже ученик Дрогёна, Помдрагпа. С тех пор Кармапы последовательно рождаются в этом мире, чтобы держать свою линию преемственности. Многие другие ламы Страны снегов подхватили эту инициативу, и теперь в тибетском буддизме существуют сотни линий тулку, среди которых есть и женские линии.

Кармапа знаменит своими духовными достижениями. Его имя означает «активность всех Будд», и иначе его называют «Царь йогинов Тибета» и «Лама в Черной короне». Считается, что над головой каждого из Кармап всегда находится черное силовое поле пятиугольной формы, которое является сутью его просветленной активности. Обычно люди не замечают эту корону, но всякий, кто ее все-таки увидит, тут же навсегда освободится от страданий – поэтому корона по-тибетски называется mthong grol, «освобождающая посредством видения».

Буддизм Ваджраяны (Алмазная колесница, Алмазный путь), к которому относится Карма Кагью, ставит перед практикующим две цели: освобождение от страданий и достижение всеведения, то есть состояния Будды или Просветления. Утверждается, что это состояние достижимо, поскольку его семя присутствует в уме существ с безначальных времен. «Природа существ всегда – Будда», – пишет Третий Кармапа Рангджунг Дордже в поэме о Махамудре [1] . Это значит, что подлинный потенциал ума каждого из нас совершенен и безграничен, как пространство. Однако следующая строка этой поэмы гласит: «Но, не сознавая этого, они блуждают в бесконечном круговороте обусловленного существования». Природа человека неизмеримо хороша (если позволить себе такое оценочное определение), и все, что нужно, – это узнать ее. Так будут достигнуты обе поставленные цели.

Но для того чтобы ум познал сам себя, он должен прекратить свой бег. Непросветленный ум никогда не останавливается. Он не выносит неподвижности, потому что не выносит себя. Он готов блуждать в прошлом и будущем, ходить вокруг да около, лишь бы не быть здесь и сейчас, не оставаться наедине с собой. Так человек, боящийся своего лица, не сможет ни мгновения устоять спокойно, попав в зеркальную комнату. Многие, едва оказавшись в тишине, тут же включают источник звука – любой, лишь бы не слушать свой ум. Все потому, что ум полон мыслей, несущихся стремительным потоком, и все эти мысли – о том, чего нам не хватает, на что мы надеемся и чего боимся. Все они – о том, чего уже нет или пока нет. И это болезненно.

В чем причина таких метаний ума? В буддизме существует понятие «базового неведения». Наша природа совершенна и богата в каждое мгновение, потому что ум безграничен, как пространство, и присутствует в каждой точке, в каждом явлении. Однако он работает, как глаз. Глаз видит цвета и формы, но не видит сам себя; ум осознает явления, но не находит сам себя – и поэтому убежден в том, что субъект (воспринимающий) отделен от объектов (воспринимаемых явлений). Это и есть базовое неведение, ошибка восприятия, иначе называемая двойственным (тройственным) видением или субъектно-объектной дихотомией.

Далее, если ум отделен от явлений, это значит, что счастье, которого ищет человек, всегда снаружи – оно либо еще не с ним, либо уже не с ним. Двойственное видение неизбежно ведет к ощущению бедности и уязвимости. Погруженный в мысли о том, что несет в себе угрозу и что нужно исправить, ум не умеет ценить то, что есть здесь и сейчас. Эта постоянная неудовлетворенность есть неотъемлемая характеристика сансары, колеса обусловленного существования.

Но если мы посмотрим на просветленного, на любого, кто вне сансары, кого называют Буддой или Бодхисаттвой, то обнаружим, что он счастлив непрерывно. Почему? Над ним светит солнце, когда над нами тучи? Рядом с ним более приятные люди? Цветы пахнут изысканней? Для его автомобиля всегда находится парковочное место, а пока у нас сменяют друг друга суровые будни, у него неизменно длится вечер пятницы? Нет. Те же самые обстоятельства просветленный воспринимает как Чистую страну, как неисчерпаемое богатство возможностей. «Истина пронизывает все – вибрацию каждой молекулы, соединение и распад, рождение и смерть», – пишет Лама Оле Нидал в книге «Великая печать». Таков просветленный взгляд на вещи. Более подробно он представлен в завершающей части медитаций Алмазного пути: «Все вибрирует от радости и скрепляется любовью. Все свежее и значительное, излучает неограниченный потенциал. Существа – и вблизи и вдали – это Будды в женских и мужских формах, знают они об этом сами или нет. Звуки – это мантры, а все мысли – мудрость, просто потому, что могут быть. Наше собственное тело – это сила и радость […] Нашей истинной сутью – и сейчас мы это знаем – является вневременное осознавание, без центра и края, которое игриво проявляет все».

Вся Дхарма Алмазного пути учит воспринимать мир именно так, как здесь описано. Это значит – находить возможности в каждой ситуации, ценить то, что есть. В любом случае, у нас в каждое мгновение есть именно то, что есть, не так ли? И выбор невелик: либо мы с этим счастливы, либо нет. Как гласит один современный анекдот, «для того, чтобы жить и радоваться, нужны только две вещи. Во-первых, жить, во-вторых, радоваться».

Таким образом, сансара как цикл страданий есть, по сути, не более чем точка зрения, ущербная и обусловленная досадной ошибкой восприятия, называемой базовым неведением. И весь буддийский путь заключается в том, чтобы поменять точку зрения, исправить ошибку и пережить наконец ум и все явления как единое и безграничное совершенство. «Пространство не является ни „черной дырой" или каким-то „отсутствием", ни мертвым расстоянием между вещами. Его лучше видеть как вместилище, которое все производит, связывает и объемлет. Как далеко ни отстояли бы друг от друга две точки, пространство вокруг них всегда больше, чем между ними», – пишет Лама Оле Нидал.